Чёрные дыры вчера, сегодня, завтра

В настоящее время конкурируют две противоположные теории происхождения и развития небесных тел и систем: «От диффузного к плотному» и «От плотного к разрежённому». Обе они страдают двумя общими недостатками. Во-первых, в любом случае остаётся без ответа вопрос о происхождении начального газопылевого облака с кинетическим моментом в одной гипотезе и начального плотного вращающегося тела - в другой. Во-вторых, объяснение происхождения дисковых структур - не более, чем уговаривание читателя поверить на слово:

1. Начальное облако должно иметь кинетический момент. Поскольку облако - не твёрдое тело и не сплошная среда, в которой может возникнуть турбулентность, этот момент придётся создавать «вручную» для каждой отдельной частицы из бесчисленного их количества. Не видно, кому можно поручить эту работу. Схожая проблема возникает в «теории блинов».

Скорость сжатия отдельной области облака совершенно независимых частиц в каком-либо направлении не может оказаться «случайно немного больше», чем в двух других.

2. Согласно законам Кеплера, чем дальше расположена орбита вращающейся вокруг центра тяготения частицы, тем меньше её линейная скорость в орбите. Поэтому в процессе гравитационного слипания частиц образующиеся космические тела должны иметь кинетический момент, противоположный качению по орбите, что не соответствует действительности.

3. Чтобы начальное облако под действием гравитации стягивалось в диск, дисперсные частицы его должны вращаться не вокруг центра центра масс системы, а вокруг оси.

Но ось, имеющая материальную основу только на бумаге, не может быть источником тяготения. Идея эволюции Вселенной от «Большого взрыва», наоборот, вытеснила по праву сильного (в смысле мат. аппарата) прежнюю идею стационарного однородного и бесконечного мира. Можно повторить «трудности» старой идеи:

1. «Парадокс Ольберса: всё небо должно сиять ярким светом, подобным солнечному». - Но ведь «реликтовое» излучение - это и есть сияние, только не в том спектре, к какому приспособлен наш глаз. Если бы оно действительно было реликтовым, от «Б.в.», с импульсом, направленным от него, да ещё с нулевой массой покоя и соответствующей скоростью, оно покинуло бы Вселенную «в первых рядах». С другой стороны, если звёзды в конце своей жизни гаснут, то небо, наоборот, должно стать почти чёрным.

2. «Тепловая смерть». - Автор статьи при помощи гипотезы флуктуаци (см. выше) пытается «реанимировать» старую идею.

3. «Для любого тела гравитационная энергия его взаимодействия со всеми массами в бесконечной Вселенной будет бесконечной. Сила же взаимодействия со всеми массами Вселенной - неопределённой». - Но если даже пользоваться «резинками» Пуанкаре, в бесконечной Вселенной величина энергии и количество «резинок» должны должны быть конечными? Утверждая некорректность выводов Милна и Маккри (см. выше), автор осмеливается высказать следующую точку зрения: тяготение может иметь место только в тонком сферическом слое на окраине Вселенной (но окраины у неё нет по определению) и в местах сгустков и дыр. Только в этом заключается нестационарность.

На первый взгляд может показаться, что в однородном распределении тяготеющих масс присутствует некая гравитационная «напряжёнка». Стоит только слегка толкнуть самую малую частицу, и однородность необратимо нарушится. На самом деле это совершенно не так. В однородном распределении масс совершенно нет и не может быть никаких сил, никаких «резинок», никаких искривлений. Считать ли массы источником тяготения, или частичным экраном для изотропного потока (авторская модель просто более выпукло даёт почувствовать это). Подтолкнув частицу мы не нарушаем баланс сил, мы

В К Л Ю Ч А Е М гравитацию!

Представим себе исходное однородное и бесконечное распределение материальных точек. Если одновременно толкнуть (вывести из равновесия) каждую вторую точку этого распределения, произойдёт единичный акт гравитационного «слипания», который закончится удвоением массы каждой частицы и уменьшением их количества в два раза. Образовалось новое однородное и бесконечное распределение материальных точек. Фактически, произошёл «квант действия». (Половина «резинок» порвалась). Система снова оказалась в равновесии, но поднялась на один подуровень. Но в то же время произошёл и «квант поглощеня энергии» новой частицей за счёт уменьшения плотности энергии системы.

При повторении внешнего «подталкивания» процесс однократно повторится. (Ещё половина порвётся). Получается, что чем выше подуровень структурирования, тем энергонасыщеннее становится каждая частица системы, и в то же время беднее плотностью энергии сама система. И если при очередном «подталкивании» произойдёт взрывообразный переход в исходное (см. выше) состояние или в какое-либо промежуточное, или на подуровень ниже («квант излучения»), значит, достигнут порог радиоактивности (взрыв «сверхновой», например). В природе, думается, процесс «подталкивания», «слипания» и взрывов равномерно распределён в пространстве и времени для каждого уровня, поэтому можно говорить о постоянно «кипящем вакууме» или постоянно осциллирующей Вселенной, согласно предложенной гипотезе энергетической «подкачки» («подталкивания») скрытой массой взамен «резинок».

При желании можно обсчитать отрезок времени в «Б.в.» между выключением квантовых эффектов, а, значит, включением теории относительности Эйнштейна, и достижением родившейся Вселенной шварцшильдовского радиуса. Каковы здесь будут силы гравитационного взаимодействия разлетающихся частиц? Не забыть эйнштейновскую зависимость расстояний и массы частиц от скорости. Но даже если ошибиться на несколько десятков порядков и выпустить Вселенную за пределы «чёрной дыры», надо помнить, что при одинаковых начальных скоростях «родительских» частиц наш мир должен представлять собой средних размеров тончайшую звёздную скорлупу (как у древних), при разных начальных скоростях (но откуда у сингулярности разные скорости?) на месте прежнего взрыва в согласии с законом тяготения должна образоваться как бы не следующая дыра, а плотность вещества с удалением от центра должна уменьшаться. Если «Большой взрыв» произошёл в одной точке, можно начинать поиски «Родительской дыры», но если он произошёл везде, в каждой точке пространства, этих дыр должно быть не меньше, чем монополей Дирака, знаменитых «палок с одним концом».

Очевидно, первым придумал термин «силовое поле» Майкл Фарадей. Посыпая продольную плоскость магнита железными опилками он предполагал, что они нанизываются на реальные, но невидимые линии. И, хотя линии, каждая в отдельности, не имеют никакого смысла, потому что магнетизм не имеет нитевидной структуры, эта модель сохранилась. Отличительная черта такого способа рисования в том, что мощность ориентирующей способности контура с током (магнита) определяется плотностью этих линий, пронизывающих единичный контур (но не точечный) в разных областях пространства. При таком способе рисования «силовые» (точнее, ориентирующие, или парасиловые) линии оказываются замкнутыми, что как будто запрещает существование монополей. Но можно придумать и другой способ рисования: мощность силовой линии обзначать её толщиной в каждой точке пространства. Тогда, во-первых, можно применить понятие точечного пробного контура с током (по аналогии с материальной точкой), и во-вторых, разложить тороидальное векторное поле на две составляющие.

Одна из них представляет собой проходящие через центр контура с током, магнитная ось которого направлена, положим, вверх, радиальные лучи толщиной, определяемой телесным углом, под которым виден этот контур. Они приходят из бесконечности, где их толщина равна нулю, и уходят в бесконечность с теми же параметрами. Своего рода «ёжик», в экваториальной плоскости которого лучи имеют нулевую толщину. Вторая составляющая - сферические полуокружности, начинающиеся с нулевой толщины на верхней полуоси, имеющие наибольшую толщину на экваторе, и заканчивающиеся нулевой толщиной на нижней полуоси. Их толщина определяется разностью парасилового воздействия от ближнего и дальнего участков тока в контуре. Глядя на обе картинки нет оснований говорить о замкнутости линий. На первой они приходят из бесконечности и туда же уходят.

На второй они превращаются в нуль на оси и меняют своё направление. Но это обстоятельство не предполагает существования монополей. И даже не настаивает на том, что магнитная мощность вдоль оси контура с током спадает обратно пропорционально второй степени расстояния, а поперёк - первой и что неразрешимые никакими приборами далёкие точки звёзд не могут обнаруживать для нас электродинамических характеристик (только корпускулярные). Вспомним картинку магнитного поля Земли, искажённого солнечным ветром. Можно ли отрицать, что сферический фронт заряженных частиц (если без пятен) не создаст на оси своего движения магнитного поля, а ионизированный газ вообще на это не способен (нет разницы в скоростях отрицательных и положительных зарядов)? Можно ли согласиться, что на теневой стороне окрестности Земли в линиях магнитного поля есть точки перегиба, а в некоторых моделях вектор поля (в связи с её вращением) не лежит в плоскости, проходящей через её магнитную ось? Природа вообще не обязана иметь никаких законов, никаких фундаментальных констант.

Законы сохранения - это совсем не законы Природы, а законы объективной логики, аксиомы познания. Природа же, в зависимости от заданных параметров, выбирает определённый способ самореализации, подчиняясь этим законам и обязательно вмещая их в себя. Например, «закон всемирного тяготения» - это не закон, а только предположение об обратноквадратичной зависимости силы от расстояний и прямой зависимости от масс. О.Т.О. Эйнштейна - предположение о геометрической природе тяготения (авторское предположение о затенении и скоростном диапазоне взаимодействия приведены выше) и так далее. Таким образом, проверка и отбор конструктивных предположений - это и есть совершенствование инструмента познания мира. Существующий же инструментарий - математически отшлифован, но функционально ничтожен. С другой стороны, парадигмы, отвергающие причинность, обязательность законов сохранения, имеют деструктивный характер и преследуют иные цели.

Михаил Самсонов, Москва, 2000.